Андрей Баль

Андрей Баль

Отрывок из книги «Преемники» (авторы - Семен Случевский и Владимир Кулеба), посвященный Андрею Балю.

* * *

«Из разряда любимцев команды – Андрей Баль. Скромный, никогда не унывающий. Ему – одному из наших самых универсальных футболистов, недоставало какой-то малости, чтобы стать игроком-лидером, он силен при выполнении конкретного задания, но этого мало, чтобы блистать на поле. Если бы все футболисты так до малейших деталей точно выполняли игровые задания, как Баль, общий уровень футбола у нас резко поднялся бы».

Валерий Лобановский «Бесконечный матч»

Первые шаги в футболе

Поселок во Львовской области, откуда Андрей родом, называется Раздол. А в организованный футбол Андрей впервые попал в Новом Роздоле - это рядом, в восьми километрах от дома. Там работала ДЮСШ. Теперь эта аббревиатура изрядно подзабытая, и его поколению повезло: им было, где учиться футболу. Баль вспоминал: «Я пытался поступить в киевский спорт-интернат - все тесты вроде сдал неплохо, но не прошел по конкурсу. Представляете: тогда были серьезные конкурсы не только в престижные вузы, но и в футбольные школы! И все же повезло: как раз тогда, в 71-м, открылись Спортинтернаты сразу в нескольких крупных городах Украины, в том числе и во Львове. Меня зачислили уже без экзаменов – засчитали киевские тесты».

В десятом классе главный тренер «Карпат» Эрнст Эрвинович Юст, прежде популярный хавбек киевского «Динамо», пригласил в дубль «карпатских львов», затем его стали приглашать в сборные Союза - юношескую, юниорскую, молодежную. И так потихоньку пошло-поехало. Знаете, что было одной из самых привлекательных сторон советского футбола? Преемственность поколений. Сейчас, когда клубы наполовину укомплектованы легионерами, это воспринимается как анахронизм, но тогда... Всегда находились опытные футболисты, которые шефствовали над новичками, помогали им быстрее влиться в команду, созреть в игровом отношении. Такими "дядьками-наставниками" в "Карпатах" для Баля стали Броварской, Лихачев, Савка, Поточняк, а позже в киевском "Динамо" - Коньков, Колотов, Веремеев.

Вообще Андрей считал, что "открывать" молодых футболистов в то время было гораздо легче, чем сейчас: «Мы рано попадали в поле зрения специалистов. Например, для сборных команд республик регулярно проводился всесоюзный турнир "Юность", на котором засветились много талантливых игроков моего поколения - Бессонов, Каплун, Крячко, Жарков. Кроме того, мне повезло с молодежной сборной СССР выиграть чемпионат Европы, а в 1977 году - первый юниорский чемпионат мира, а годом ранее такое же первенство континента. Словом, до того момента, когда киевляне завели серьезный разговор, я ни для кого уже не был «котом в мешке». Здесь Андрей поскромничал. В тех сборных он играл не рядовым футболистом, а был лидером, капитаном команды – чемпиона мира и континента.

Капитаном той дружины был Баль, а лучшим игроком чемпионата был признан Бессонов. С Владимиром Андрея связывала не только многолетняя игра в одних командах – «Динамо», различных сборных страны – но и то, что они оба выросли в простых, как тогда говорили, семьях, рано познали вкус впервые заработанного хлеба, замолвить слово за них было некому, поэтому тропу в жизни прокладывали себе сами.

Баль - профессиональный игрок

Эти победы в молодежном футболе привлекли внимание тренеров киевского «Динамо». Первое свое приглашение в столицу Андрей получил в 19 лет. Однако решил, что «брать» Киев еще рановато, предпочел основной состав львовского клуба дублирующему бело-синих. В то время он уже был кандидатом и в олимпийскую, и в национальную сборные СССР, имел приглашение в московские клубы. Не спешил менять команду, ждал приглашения из «Динамо». И дождался.

Позвонил ему лично Лобановский. Помня о том, как непросто пробиться в динамовскую «основу», Андрей задал мэтру лишь один вопрос: «Валерий Васильевич, я вам действительно нужен?». Тот ответил: «Да. Иначе я бы не позвонил».

Именно в Киеве парень прочувствовал жесткость «естественного отбора». Заключалась она не только в повышенных физических нагрузках, но и в постоянном психологическом прессинге. Иных целей, кроме самых высоких, мэтр перед игроками не ставил, других мест в турнирной таблице, кроме первого, не признавал. Не все выдерживали такое давление. Примерно в одно время с Балем в «Динамо» перешли еще два воспитанника львовского футбола - форвард Степан Юрчишин и полузащитник Ярослав Думанский, которые потенциально считались не слабее Андрея. Но вскоре оба вернулись во Львов, не выдержав конкуренции и «испытания Лобановским».

Лишь один гол забил Баль в футболке сборной - зато какой! За этот один немало коллег-футболистов отдали бы все свои. Ведь это был первый гол, забитый советскими футболистами сборной Бразилии в официальных матчах! Случилось это на чемпионате мира-82. Андрей нанес «сочный» удар. Мяч затрепетал в сетке!

Вспоминая тот гол, Андрей улыбался: «Не нашел другого продолжения, партнеры были перекрыты, в сердцах ударил изо всех сил. А их вратарь подумал - мимо. И руки убрал... Ребята в раздевалке шутили: не нарочно ли он пропустил, а может, ты его купил?». Гол Баля не помог, хотя длительное время сборная СССР сохраняла победный счет, бразильцы «ответили» двумя голами.

Проигрыш «кудесникам мяча» и вообще выступление нашей сборной на испанском ЧМ-82 не были столь обидными, как проигрыш бельгийцам на следующем мундиале в Мексике в 1986 году - 3:4. Это была трагедия! После разгрома венгров - 6:0 - сборная СССР считалась фаворитом первенства. Бельгийцев же никто всерьез не воспринимал. И когда наши повели 3:1, казалось, все для соперников закончилось. Но «красные дьяволы» (цвета сборной Бельгии) под руководством Кулеманса и ван Химста не только сравняли счет, но и вышли вперед.

«Это была совсем другая сборная, - вспоминал Андрей, - практически все игроки из киевского "Динамо". Не забывайте, что в Мексике мы играли на колоссальном эмоциональном подъеме, который переживали после выигрыша Кубка кубков. Все тогда было за нас, кроме шведского судьи Фредрикссона, чье имя в истории советского футбола стало синонимом заказного судейства. С умыслом или невольно, судить не берусь, но именно арбитр вытащил тогда бельгийцев в четвертьфинал. Мы проиграли - 3:4, и ровно половину мячей в ворота Дасаева соперники забили из офсайда».

На поле Баль всегда был профессионалом: какую бы задачу не ставили, выполнял «от» и «до». После успешной нейтрализации таких мировых звезд, как Марадона, Зико, Платини, переключался на матчи отечественного чемпионата непросто. Хотя и в первенстве Союза были достойные соперники. Тот же Хорен Оганесян из «Арарата» - юркий, импровизатор, техничный форвард. Они часто «возили» друг друга, хотя в жизни дружили. Трудно игралось против лидера «Спартака» Юрия Гаврилова - тот никогда не передерживал мяч, всегда вовремя успевал отдать удобный пас товарищу по команде. Немало хлопот приносил Балю «Князь» - Давид Кипиани с его изысканной техникой.

Никто не мог сомневаться в мастерстве и профессионализме Андрея, но в Киеве он больше выходил на замену. В те времена в «Динамо» играла лучшая в Союзе и одна из лучших в Европе пара центральных защитников Кузнецов - Балтача. На флангах обороны – Бессонов и Демьяненко. В опорной зоне действовал крепкий Яковенко. Поскольку Баль был универсальным футболистом, то он закрывал все эти позиции, когда там были проблемы в конкретный момент.

Последний, 1990-й, год его динамовской карьеры. Только четыре раза он выходил на поле «стотысячника» - чтобы получить золотую медаль, этого было недостаточно. И Андрей Баль никого не обвинял, и когда Виктор Колотов, в то время тренер дублеров, подходил и спрашивал, не сможет ли Андрей помочь команде, он никогда не отказывал. Динамовский «дубль» также выиграл первенство, и по этому случаю на базе накрыли столы, пригласили Андрея, поблагодарили за помощь. Он тоже поблагодарил за совместную игру, пожелал успехов.

В том же 90-м он повторил свой давний успех - вновь стал чемпионом Европы среди… молодежных сборных. По регламенту разрешалось играть двум «возрастным» игрокам, поэтому Андрей был за «дядьку», наставлять молодежь Андрею не привыкать, кстати, классная молодежь к этому «деду» прислушивалась: Канчельскис, Лужный, Шматоваленко, Шалимов, Колыванов, Саленко!

Израиль. Начало тренерской карьеры

На земле обетованной Андрей отработал почти десять лет игроком и тренером, его уважали именно за профессионализм. Он выучил иврит. «А как иначе? Прожить столько лет в стране и не выучить язык, по-моему, нонсенс, - пояснял Андрей Михайлович, - Разумеется, на иврите говорю с акцентом, но там полстраны так говорит, и футболисты меня прекрасно понимали».

В Израиле был одним из первых советских футболистов. В тель-авивском "Маккаби" отыграл сезон, потом еще два - в "Бней-Йегуда". Когда старший тренер этой команды Юрий Шпигель шел в "Маккаби" из Хайфы, он пригласил Баля в ассистенты. Еще пять лет спустя Андрей Михайлович перешел на самостоятельную работу: тренировал "Маккаби" из Герцлии и "Акоах" из Рамат-Гана. Марка одного из ведущих игроков киевского «Динамо» много значила. И, конечно, его спокойный, уравновешенный характер. «Ты за десять лет здесь ни одного врага не нажил, - говорили ему, когда он прощался с Израилем, - это невероятно!».